СНОВА О ЧАМОРОШАХ

Итак, на страницах нашей газеты началась дискуссия о чаморошах. Но мне кажется, она поднимает и ряд других важных вопросов, а не только связанных с походными обломами и чаморошами. Начался большой разговор о морали и нравственности в нашем клубе, о дружбе и компаниях, деньгах и товарно-денежных отношениях... Жаль только, что для этой дискуссии пришлось обидеть Эдика Маленького. Потому, что разговор давно нужен, но серьезный разговор, построенный на обидах - это лай сварливых собак, когда каждая сторона пытается побольнее укусить другую любым способом...
Я внимательно прочитал статью Эдика и не совсем согласился с ним. Не буду останавливаться на вопросах, по которым наши мнения совпадают, а постараюсь кратко коснуться того, с чем я не согласен или о чем Эдик говорит слишком неясно.
К вопросу о чаморошах. То, что чамороши были раньше и большие, факт общеизвестный. Но говорить о чаморошах, как об обычном явлении, к которому нужно относиться, как к само собой разумеющемуся, по крайней мере легкомысленно. Любой чаморош или бардак (которые, как легко заметить, случаются не только у Эдика) - это ЧП, которое нужно стараться предвидеть и не допустить, а если уже оно произошло - понять почему, чтобы не допустить в следующий раз. То, что раньше было много чаморошей, это не значит, что о них мало думали. Раньше было не труднее (сравнивать не берусь), но по-другому.
Когда-то мы первый раз делали навеску и никто нас не учил, а наш "отец" - Мишка Дубов умел вязать только "восьмерку" на готовых шлямбурах, и если их не было, наматывал веревку на ближайшую глыбу... Когда-то мы первый раз делали 3-ку, и Школьная, которую сейчас любая наша команда воспринимает не иначе, как небольшую тренировку и пройдет с навеской и выемкой за 12 часов, эта Школьная казалась пределом наших сил и неизвестно, как мы выдержали. Башкирия - такой известный для нас район. А ведь ее раньше не было. Ее открыл для нас Аркадий Юдаков, преодолев кучу обломов и чаморошей, для чего понадобилось целых два года. Конечно были чамороши и много, были бардаки и часто. И сейчас будут. Но повторять известные ошибки и оправдывать себя тем, что их делали даже монстры - это, по крайней мере, легкомысленно.
"Стоит нашему молодому поколению начать трястись и "обсуждать", если это скатится к бичеванию и хаю друг-друга, к взаимной озлобленности и другим негативным вещам?" - спрашивает Эдик. И отвечает, что не стоит, а надо молодым самим, без судий-стариков, пережить все чамороши, т.к. среди молодых нет борцов, которые смогут постоять при обсуждении за свои нравы, - и старики их заклюют. Эта логика меня убивает. Это мог сказать или человек, страстно желающий нашему спелеоклубу беды, или далекий от походов и туризма, или же человек сильно обиженный, когда борьба за свое самолюбие превыше всего. Зная Эдика, выбираю третье, добавив, что здесь еще присутствует боязнь оказаться в роли "подсудимого", когда приходится отвечать за свои ошибки. Но разговора еще не было, а Эдик уже готов защищать свое самолюбие всеми силами, пусть даже доказывая, что для того, чтобы стать монстром, нужно повторить ошибки монстра. Речь не о том, что в Майской было много чаморошей, их было не больше, чем в любом нашем сложном походе, и судить никто никого не собирается. Речь о том, что Майская - это детище Эдика, и любая ошибка в Майской - это "ошибка Эдика", поэтому разбор похода - это разбор ошибок Эдика (т.е. его "бичевание и хаяние"), чего ни в коем случае допустить нельзя, пусть даже доказав, что ошибки нужны, что их не надо бояться и к ним нужно стремиться.
За собственным "я" Эдик не видит нашего спелеоклуба. Разбор ошибок нужен всем и результативность его зависит от того, с какой целью мы идем на этот разбор. Если защищать свое самолюбие, как Эдик, то, конечно, получится грызня. Если попытаться проанализировать чамороши, с тем чтобы в последствии их не допускать, то откуда бичеваниям и озлобленности взяться? Если бы мы монстровость меряли количеством ошибок, нас бы сейчас было значительно меньше...
К вопросу о деятельности КС. Эдик просит сделать связь КС-командир-"рядовой". Кого он просит, и кто это будет делать? Вся беда в том, что делать-то некому. Многие из нас готовы говорить долго и подробно на все подряд темы. Но наступает завтра, и все говоруны разбежались по своим делам. Эдик боится, что у меня много инициативы, что я держу многое в своих руках. Демагогия! Забирай инициативу, бери все связи, делай, что хочешь, я даже не трепыхнусь! Беда в том, что все говоруны появятся на выходные в клубе, попьют чайку и разбежались, и вот она, инициатива, лежит на столе, брошенная и никому не нужная. И я бы бросил потому, что часто все достает до бесконечности... Но не могу, жалко. Прихожу в понедельник к ней, одинокой, совсем сморщенной, и начинаю отхаживать, откармливать эту бедную инициативу.
То, что связь "КС-командир-рядовой" нужна, я двумя руками "за". Только вот понимают ли это сами командиры - Эдик М. и др., которых днем с огнем не сыщешь?!
О товарно денежных отношениях, которые Эдик призывает отменить, напишу в следующем номере,- это разговор большой и достаточно важный. Мне кажется, только, что у Эдика и здесь эмоций больше, чем конкретных здравых предложений или идей.

К.Дубровский.

P.S. Я бы не хотел, чтобы эта заметка рассматривалась как начало или продолжение грызни. Это не так. Вопрос личных взаимоотношений здесь важен меньше всего. Эдик в спелеоклубе сделал значительно больше, чем многие другие, и в определенный период внес действительно неоценимый вклад в общее дело. Просто я считаю, что некоторые его мысли, опубликованные в прошлом номере, молчаливо принятые могут принести отрицательные и даже вредные результаты. Поэтому попытался "со своей колокольни" обсудить неясные или, с моей точки зрения, ошибочные мысли. Если же я, со своим субъективным мнением обидел Эдика или вызвал повод для грызни, то готов публично извиниться перед ним, такой цели у меня не было.